Петр Захаров-Чеченец

Судьба Петра Захаровича Захарова (1819-1846) необычна и напоминает судьбу романтического героя. Наследие этого портретиста, академика живописи, не оценено в полной мере. Он умер от чахотки совсем молодым, но за короткую творческую жизнь – всего одно десятилетие – создал произведения, которое заняли достойное место в русской портретной живописи. Мастер подписывал свои работы «Захаров-Чеченец». Действительно, в XIX  веке волею неожиданных обстоятельств лишь он один был живописцем, чеченцем по национальности. Творческий путь Захарова укладывается в 1830-1840-е годы, когда в жанре портрета работали К. Брюллов, В. Тропинин, С. Зарянко. И все же Захаров не затерялся среди выдающихся собратьев-художников. Современникам его искусство было достаточно известно. Но позже о нем почти забыли, поскольку большинство работ не было подписано, а документальных сведений почти не сохранилось; мастер исполнял в основном портреты частных лиц. До сих пор остается много неясного, спорного, хотя благодаря энтузиазму, кропотливому поиску исследователей удалось больше узнать о его жизни, найти ряд неизвестных произведений.

В жизни П. З. Захарова счастливые стечения обстоятельств неотделимы от трагических, удачи – от испытаний. Ранее детство маленького чеченца из далекого аула было отмечено тягостными событиями. Во время войны на Кавказе в 1819 году он остался сиротой. Бой у горного селения Дады-Юрт стал одним из самых трагических эпизодов кавказкой войны. Трехлетнего мальчика подобрали солдаты, которыми командовал А. П. Ермолов. Сироту окрестили Петром, а отчество и фамилию он получил по имени солдата Захара Недоносова, который его выходил. Позже подросток был отдан на воспитание П. Н. Ермолову, двоюродному брату знаменитого генерала, под началом которого он служил на Кавказе. Так неожиданно изменилась дальнейшая судьба маленького горца. Вместо с П. Н. Ермоловым он поселяется в Москве. Потеряв родных, родину, попав в иную среду, в чужом доме он нашел внимание и сочувствие. Для П. Н. Ермолова, участника Отечественной войны 1812 года, Кавказ был самой яркой страницей в его жизни. Здесь он знакомится с декабристами, Грибоедовым. Выйдя в отставку по болезни в 1826 году, Петр Николаевич посвятил себя семье. Не оставил без внимания и воспитанника, испытывая, видимо, потребность выполнить долг перед сиротой. Петруша-чеченец стал своим в его семье. Захаров впоследствии напишет портреты Ермоловых, доброе чувство к ним никогда не покинет его. Портрет главы семьи не сохранился, а в групповом «Портрете детей П. Н. Ермолова на фоне пейзажа» он изобразил трогательно-наивную сценку варки варенья в деревенском саду. Свежее и яркое по живописи, полотно проникнуто желанием передать чистоту и простодушную открытость детей.

 

 

П. Захаров. Портрет детей П. Н. Ермолова на фоне пейзажа.

Масло. 1839. 98,5х75,9. Государственная Третьяковская галерея.

 

Со временем мальчик все заметнее обнаруживал влечение к искусству. П. Н. Ермолов, желая дать юноше образование, пытался устроить его к известному всем в Москве В. А. Тропинину, с которым они жили по соседству, но тот учеников не брал. Мальчика определили к живописцу П. А. Дубровину. Не оставляя надежды видеть его в Академии художеств, Ермолов ищет содействия в устройстве юного таланта у П. А. Кикина, одного из организаторов  Общества поощрения художников, его первого председателя. С их помощью юноша становится учеником академии, а Общество поощрения художников приняло его содержание.

Соучениками Захарова были С. Зарянко, М. Скотти, Ф. Моллер, прославившийся портретом Н. В. Гоголя. По архивным документам можно судить о том, что юноша делает успехи в рисовании, живописи. К сожалению, его ученические работы, как и многие портреты, исполненные в Петербурге, не сохранились. Получив звание художника в 1836 году, молодой мастер остается в Петербурге, наездами бывает в Москве у своего покровителя. «Теперь занимаюсь портретами, даю уроки рисования, надеюсь, скоро, может быть, понравится мои обстоятельства…» - писал Захаров. С портретом будут связаны у него поиски живописного почерка, надежды на независимость. Непросто было найти себя. Рядом работали замечательные мастера. Блестящее искусство Брюллова-портретиста захватывало Эмоциональностью образов, точной характеристикой. Тропининские портреты, исполненные с большим умением и любовью к натуре, привлекали демократизмом, теплотой.

Знакомство с семьей Ермоловых помогло художнику расширить круг заказчиков. Происхождение, обстоятельства воспитания вызывали к нему особый интерес. Так было с писателем-путешественником А. Н. Муравьевым, пожелавшим писать свой портрет у «чеченца» и, по всей видимости, рассказавшим о Захарове приятелю – М. Ю. Лермонтову. Эпизоды жизни художника напоминают судьбу героя лермонтовской поэмы «Мцыри». Судьбы люде, вырванных из привычной среды, отмеченные неожиданными поворотами, всегда волновали поэта. Для Захарова же круг людей, связанных с Кавказом, приобретал особую значимость.

Думы о судьбах горцев, личные «кавказские» переживания рано созревшего художника нашли отражение в его произведениях. К теме Кавказа, любимой романтиками, он обратился в портрете А. П. Ермолова, за который в 27 лет получил звание академика живописи. Это – одна из интереснейших личностей русской военной истории, человек, на которого возлагали большие надежды декабристы, «гроза Кавказа», «человек-лев», как о нем отзывались современники. И на склоне лет он не утратил телесной крепости и силы духа. Получив от Ермолова согласие позировать, молодой художник проявил в работе творческую зрелость. Был исполнен и этюд, который сейчас хранится в тропининском музее.

 

 

П. Захаров. Портрет А. П. Ермолова. Этюд. Масло 1843. 52х43.

Музей В.А. Тропинина и московских художников его времени.

 

На фоне гор, тревожного неба с рваными облаками стоит немолодой генерал. Его сурово сдвинутые брови с резко очерченной складкой меж бровей подчеркивают решительный, твердый характер. Мундир туго облегает крупную фигуру. В позе, повороте головы – готовность к действию. Единственный сохранившийся этюд не только говорит об особой важности произведения для Захарова, но и дает редкую возможность наблюдать процесс создания образа. Самые большие изменения заметны в пейзажном фоне. В этюде он более разработан. Помимо гор и неба, затянутого дымом, мы видим постройки и пушку с лежащей на ней генеральской треуголкой с плюмажем. Художник передает атмосферу сражения, усиливая драматизм тревожным фоном. В картине пейзаж лаконичнее, фигура крупнее; здесь резче черты внутреннего напряжения.

 

 

П. Захаров. Портрет неизвестного в бурке с ружьем.

Масло. 1843. 75х59,6.

 

До сих пор не разгаданным остается портрет «Неизвестного в бурке с ружьем». Не случайно он вызывал желание видеть в нем автопортрет Захарова. Суровая мужественность, независимость, национальный тип лица – многое тут напоминает людей его круга, поколения. Но, как считают знатоки военного костюма, портретируемый изображен в военной форме воевавшего на Кавказе Нижегородского драгунского полка. Ружье прятали в меховой чехол для защиты от сырости. Бурка и меховая шапка – обязательные принадлежности в тамошних суровых природных условиях и служила как бы знаком принадлежности к особому кругу людей, «кавказцам».

После академии П. Захаров живет в Петербурге, надеясь получить возможность поехать за границу пенсионером академии или Общества поощрения художников. Ищет поддержки и покровительства, но безуспешно. У живописца развивается болезнь легких. Все чаще он вынужден покидать Петербург, жить на даче в Парголове, в летнее время навещая Ермоловых в Москве. Из-за бесконечной отсрочки поездки и прогрессирующей болезни Захаров пробовал служить в Военном министерстве – делать рисунки для трудов по истории военного костюма. Но нездоровье, атмосфера казенщины вынуждает его покинуть службу. Отчаяние все более овладевает художником.

В 1842 году, потеряв надежду получить пенсионерство, мастер едет в Москву к покровителю, связь с которым не прерывалась. В нем художник видит единственное спасение. В город, где когда-то Захаров начал заниматься рисованием, он возвратился мастером – известным, познавшим тяготы жизни. Это было время подъема творчества, когда он напишет лучшие и последние свои портреты.

 

 

П. Захаров. Портрет матери жены художника Н.А. Постниковой.

Масло. 1845. 65,3х50,7. Государственная Третьяковская галерея

 

В Москве Захаров сближается с семьей известного в городе лекаря И. П. Постникова. После смерти П. Н. Ермолова здесь художник найдет поддержку, дружеское расположение, последние сердечные привязанности. В портрете матери его будущей жены Н. А. Постниковой передан интересный человеческий характер. Перед нами немолодая женщина в кружевном чепце с желтыми атласными лентами, бархатной накидке, отороченной пестрым мехом. Естественная композиция, легкий поворот фигуры. Спокойствием и внутренним достоинством дышат чуть рассеянный взгляд серых глаз, сомкнутые без улыбки губы. Рассеянный свет окутывает изображение. Мягко вылеплено лицо, точными ударами кисти передан ворс меха, легко и точно прорисованы кружева.

 

 

П. Захаров. Портрет Т. Н. Грановского. Масло. 1845. 81х64.

. Государственная Третьяковская галерея

 

Благодаря Посниковым художник знакомится с передовыми людьми Москвы того времени. Пишет портреты известного врача И. Ф. Иноземцева (1844) г, знаменитого историка, профессора Московского университета Т. Н. Грановского. Его публичные лекции собирали всю Москву. Возможно, друзья, поклонники ученого и решили заказать портрет, обратившись к Захарову, имя которого было уже известно многим. Художнику и самому приходилось бывать на лекциях Грановского. Его портрет – вершина творчества мастера. В нем соединились артистизм замысла и точность исполнения. Непринужденно выбрана композиция, найден поворот головы, жест руки, лежащей на трости с резным завершением в виде ящерицы-саламандры. Внутренняя раскованность, вдохновенность и душевная открытость, естественные для натуры Грановского, переданы поразительно точно.

 

 

П. Захаров. Автопортрет. Масло. 1844-1845 (?). 64х52,5.

Тамбовская областная картинная галерея.

 

Интерес к творческому началу в человеке, свойственный романтизму, особенно сказался в жанре автопортрета. Не мог не обратиться к нему Захаров. В 1844-1845 годах написано полотно, которое принято считать автопортретом. На нем – авторская подпись, дата с полустертыми последними цифрами. Его иногда относили  к более ранним годам, считая юношеским. Сравнительно небольшой по размерам холст сохраняет этюдную свежесть живописи. Композиция, цвет, мастерство изящной живописной прорисовки деталей – все здесь к месту, все безошибочно. Мотивы, усиливающие романтическое настроение, - крупные массы зелени, огромное пространство неба, безлюдный речной пейзаж с белокаменной башней на холме. Художник стоит, опираясь на парапет, с легкой тростью в руках. Он обращен к зрителю, в месте с тем чуть грустный взгляд, едва заметная улыбка придают ему оттенок отрешенности, печали, которой так созвучен пейзаж.

Весной 1846 года П. Захаров обвенчался с А. П. Постниковой, которая тоже страдала чахоткой, и к лету ее уже не стало. Сам художник не дожил до осени. О его кончине сообщили петербургские газеты, где он умер и похоронен.