ЧЕСТНОЕ СЛУЖЕНИЕ ПАЛЕХУ

Памяти Валентина Ходова

Валентин Михайлович Ходов – истинно русский человек и художник. Поразительно быстрым и вдохновенным было познание Валентином Михайловичем сущности палехского искусства. Уже первые самостоятельные работы обратили на себя внимание: никто из однокурсников-выпускников не начинал так успешно. Он вырос в мастера, чьи произведения покоряли подлинной художественностью, жизнелюбием, народностью.

Ходов родился 23 ноября 1942 года на окраине Южи – городка текстильщиков в Ивановской области. Его отец был из крестьян, а мать почтальоном, а когда перебрались в Южу, она работала нянечкой в родильном доме. Как говорил сам художник, «по отцовской линии досталось ему упрямство невероятное. А от матери – восприимчивость к прекрасному.

В. Ходов. Вечерняя республика. Ларец, боковая сторона. 1984

В школе он увлекся рисованием. А началось все из-за старшей сестры, у которой была склонность к этому занятию (она даже собиралась поступать в Палехское училище). Часами мог наблюдать за тем, как появлялись на листе бумаги диковинные букеты, плоды и злаки, гроздья винограда. И самому не терпелось попробовать: начал копировать акварелью  разные картинки.

В. Ходов. Время красных зорь. Ларец, крышка. 1981.

Рисовал приходилось чем попало. Кисти – большая редкость. Из положения выходили так: от березового веника отрезали черенок, один кончик его мелко-намелко расщепляли ножиком и вот таким «помазком» писали акварелью – других красок тогда тоже не было.

Потом из какого-то популярного пособия Валентин почерпнул первые знания по рисунку и живописи, узнал – как он сам говорил, - что, «оказывается, надо работать с натуры».

В. Ходов. Возвращение Игоря. Ларец, крышка. 1985.

От Южи до Палеха – рукой подать. Решил поступать в тамошнее училище. Принес свои рисунки, сдал их девушке-секретарю. Проходил мимо старичок такой благообразный, взглянул через плечо: ну, говорит, этот поступит. Вдохновился Валентин необыкновенно – не иначе, подумал, профессор какой-нибудь. А когда поступил и начались занятия, оказалось, что это училищный завхоз…

В. Ходов. Сказ о Петре и Февронии. Ларец, боковая сторона. 1984.

В училище Ходов неожиданно увлекся спортом – время учебы запомнилось азартными волейбольными баталиями. Он даже подумывал – не перейти ли в физкультурный техникум. Но на четвертом курсе пришла, наверное, пора взросления. Он даже не уловил этого момента: как будто что-то открылось в искусстве, его поэтической форме. Без конца пропадал в музее, проводил там все выходные. Стало вдруг ясно: он должен работать в Палехе, искусство это его, оно уже вошло в душу и сердце.

В. Ходов. Скоморохи. Коробочка. 1983

Даже годы службы на флоте пошли на пользу. Служил он в Северодвинске, ходил на подводной лодке в Заполярье, но большую часть времени находился в учебном отряде. Не расставался с кистью, постоянно оформлял стенды, стенгазету. Замполит не мог нарадоваться своим помощником. Еще в училище начал Валентин собирать книги по искусству. И тратил на них все свое денежное довольствие старшины 1 статьи.

Вернувшись домой, привез эскиз, выполненный гуашью. Правда, как потом понял, палехского там ничего не осталось. Но была идея: он изобразил пахаря, воина и зодчего и назвал триптих «Русичи». Композиция казалась ему образным воплощением Руси. На художественном совете тему одобрили. Триптих стал первым его произведением, приобретенным Ивановским художественным музеем. В 1968 году Ходов сделал еще две работы – «Мы красная кавалерия» «Дюк Степанович и Чурила Пленкович», которые попали на всесоюзную выставку.

В. Ходов. Вечерняя республика. Ларец, крышка. 1984.

Успели не вскружили голову. Ходов с огромной взыскательностью относился к творчеству – своему и чужому. «Ты собственные вещи ни во что не ставишь, не умеешь ценить и работы других», - упрекали его друзья. А Валентин был убежден, что палешанин – это традиция еще от иконописцев – не имеет права сделать плохо. Только хорошо. И для этого надо трудиться осознанно, видеть и понимать все тонкости своего ремесла.

Чтобы сам он какой-то работой гордился – такого не было. Но было признание зрителей, высокая оценка его творчества специалистами. В бескорыстном и честном служении Палеху видел он свое предназначение художника. Не в том – что Палех даст ему, а чем он сможет поддержать стариков, которые и новую жизнь в древнее искусство вдохнули, и дали образец высочайшего мастерства на будущее.

В. Ходов. Фома и Ерема. Коробочка, боковая сторона. 1980.

Ходов не придумывал темы. Они как бы сами собой рождались в воображении – вызревали, пока не виделись вдруг ярко и живо. И именно по-палехски. Так было, например, с новгородским циклом. Естественно и зримо – через литературу, икону (кстати, икона служила ему мерилом в творчестве, была, как он признавался, каждодневной потребой), былины – сложился у него образ вольного города, населенного умными, удалыми, умелыми людьми. Вот фрагменты ларца «Вечевая республика». Посмотрите, как живописно передано состояние города, в котором кипит жизнь, бушуют страсти. Пластически выразительны образы трудового люда и воинов, знатных новгородцев и заморских гостей. Мастерски выверен городской пейзаж – по цветовым пятнам, сочетанию масс. Продуманна и гармонична композиция: многочисленные фигуры скомпонованы так, что не заслоняют друг друга, ясно читаются, даны в выходных ракурсах. Не только в этом – во всех практически произведениях Ходова чувствуется необыкновенный лад, нечто возвышенное и вместе с тем человечное.

Ему казалось интересным проявление человека, как он говорил, «в разных разностях». Поэтичностью и выразительность и выразительностью характера привлекают созданные им образцы деревенского парнишки, очарованного красотой окружающего мира (декоративная тарелка «Песня жаворонка»), и разудалого молодца (ларец «Василий Буслаев»), добродушных скоморохов и потешников (у него множество вещей на эту тему, он и сам был человеком веселым, острословом и балагуром), персонажей басен Крылова, народных песен и сказок.

Особое место в творчестве Ходова занимают работы, посвященные революционной истории города Иванова. Эта тема притягивала его постоянно. «Я трудился над ней с совершенной любовью», - говаривал он. Если что-то романтическое в созданном воображением мастера городе и его фабриках (он был  просто неравнодушен к фабриках (он был просто неравнодушен к фабричной архитектуре Иванова, Кохмы, Шуи, ставил ее намного выше той, что окружает нас сегодня), образах рабочих-ткачей, женщин, активное участие которых, как считал художник, окрашивало ивановские события в особый цвет. Отсюда необычная искренность этих работ. Отсюда и выбор фона, многократно усиливающего композиционное звучание, и названия вещей. «Красные косынки», «Время красных зорь» - в этих произведениях отражена героическая летопись первого в России Совета – с многолюдными митингами и стачками, заседаниями большевистских ячеек, занятиями рабочего университета, печатанием листовок.

Интересны и обширны были творческие планы художника. Он собирался создать цикл  о Москве, подобно новгородскому, вынашивал идею работы по мотивам романа М. Н. Загоскина «Юрий Милославский», думал над наилучшим исполнением возможностей палехского искусства в монументальной росписи ( им выполнено несколько больших панно, например, в фойе кинотеатра «Руслан» в Ленинграде (Петербурге)  – в соавторстве с А.А Котухиной, в здании Московского детского музыкального «Левши») и книжной иллюстрации.

Умер художник 31 августа 1988 года, похоронен в Палехе.

Палех, считал он, это связующее звено между прошлыми столетиями и современностью. Именно в этом – в устойчивости взглядов и традиций – видел он силу Палеха, который, быть может, поэтому и являл миру такие таланты русской художественной культуры, как Голиков и Баканов, Котухин и Маркичев, В этом ряду можно смело назвать имя талантливого мастера и замечательного человека Валентина Михайловича Ходова – личности в искусстве и жизни. В его трудах, во всем, что бы он ни делал, выражен дух любви к Отечеству. И хотя жизнь подчас была для него чредой забот и испытаний, он умел переносить невзгоды множественно, теперь и побеждать.

 

в 1957-1962 годах учился в Палехском художественном училище;

в 1962 и 1966-1988 годах работал в Палехских художественно-производственных мастерских;

в 1962-1966 годах служил на Северном флоте (подводник, старшина 1 статьи);

с1971 года - член Союза художников РСФСР;

1971 год - серебряный медалист Академии художеств СССР;

1978 год -  лауреат областной премии им. Ленинского комсомола;

в 1978-1988 годах был членом редколлегии журнала "Юный художник";

с1978 года был заместителем председателя;

1985 год - заслуженный художник РСФСР;

с 1986 - председателем правления Палехского отделения Союза художников РСФСР.